Последняя ночь в сеульском отеле (http://www.livejournal.com/users/raf_sh/tag/korea-thailand-2006) могла оказаться довольно скучной, если бы я не догадался пошарить в помпезных прикроватных тумбочках. А там, кроме привычного Завета (ведь половина корейцев - христиане протестантского толка), обнаружилось и наставление по буддийскому делу - на корейском и английском языках, в алом тканевом переплете с шелковыми капталами, на плотной глянцевой бумаге. Отложив на потом сакральные тексты самого учения - Сутру Лотоса и всякое такое, я перешел к истории корейского буддизма, которая оказалась вполне увлекательной. Настолько увлекательной, что с книгой расставаться уже не хотелось. Но она была издана благотворительным образом, так что можно было или украсть, или никак.

Наутро я прихватил этот фолиант вместе с чемоданами вниз - на выписку, надеясь уговорить reception включить его стоимость в счет. "Not for sale," - был мне твердый ответ миленькой луноликой администраторши (кореянки вообще исключительно миловидны - и ласковы, как довелось мне убедиться незадолго до этого по совершенно иному поводу). Я с сожалением положил книгу на барьер, но тут последовало милостивое: "But you can keep it".

And so I did.

И тогда ночью, и потом в двух перелетах, я вычитал из добытой книги много любопытного - о фанатизме, терпимости, духовности, жадности и властолюбии, об отделении буддистской церкви от государства на 500 лет по случаю ее, буддистской церкви, коррупции, о государственном конфуцианстве, о свободе течений внутри буддизма, об отношениях с живым и поныне язычеством, о насильственном повторном внедрении буддизма в начале XX-ого века японскими оккупантами...

Запомнился и следующий этюд.

Династия Йосеон, сбросив прогнившую династию Гориео в 1392-ом году, отправила весь буддизм в изгнание в провинциальные монастыри. Для привыкших к официальной кормушке это было нелегко, но жизнь налаживалась и в монастырях. Внутри общин монахи расслоились на две фракции: ipan - медитирующие, проповедующие, пишущие и обучающие, и sapan - ведущие монастырское хозяйство и обеспечивающие прокорм всем монахам, включая ipan. Между фракциями постоянно вспыхивали неразрешимые конфликты и шумные стычки (говорят, не без членовредительства).

Так в корейский народный язык вошла поговорка "ipan-sapan", примерно означающая "пока не подерутся - не разойдутся", и вообще - тупиковую ситуацию, хоть в парламенте, хоть в отношениях с той же Японией, хоть у правительства с профсоюзами.

Вот такой ipan-sapan. А мог бы быть "инь и янь", если бы захотел.


Впрочем, про какой-то ipan я уже писал, кажется... А, верно. Но это был совсем другой ipan:

хорошо структурированная лингвистика

Бытовых восточных церемоний у корейцев - пруд пруди. Далеко не все удалось подметить, понять и оприходовать, но кое-что подпало под недреманное наше око.

Вот, например, когда кореец жмет руку старшему или уважаемому человеку, он кладет ладонь свободной левой руки на внутренний сгиб локтя руки своей правой, жмущей. Наверное, правильно замыкает циркуляцию своей ци, чтобы не проталкивалась, куда не надо.

Но зато для неопытного восточноевропейского взгляда это напоминает скорее стахановское движение, которое столь проникновенно описала недавно mosomedve.

( Смотреть движение... )

Не всё развлекаться, когда-то и работать надо. Брать пример с настоящих тружеников и тружениц, вот таких:



( Смотреть дальше... )

Пора покидать музей. Но и снаружи кое-что есть: языческие тотемы-идолы. Джангсунг, Сотдаэ и Груда Камней - их ставили при входе в деревни, им молились о даровании хорошего урожая. Они же отвечали за отпугивание злых духов, привидений и болезней.




( Смотреть дальше... )

По актам корейского гражданского состояния.

Последняя династия не жаловала буддизм - и основывала свое долгое правление на конфуцианской идеологии. Ну и официальные семейные церемонии были соответствующие.

Вот выездной работник конфуцианского загса совершает бракосочетание. Невеста слева, жених справа. Счастья и согласия!




( Смотреть дальше... )

Еще из вещей. О важности письма и каллиграфии в восточно-азиатском мире нет нужды распространяться.




( Смотреть дальше... )

Кто-то из моих здешних друзей (запамятовал, кто именно) недавно сказала: "я люблю вещи".

Я тоже.

А в Национальном корейском музее полно вещей. Ими люди и жили, на протяжении.

Вот
- древняя модель Вселенной (Аристотеля они, видимо, не знали);
- часы водяные ("клепсидры" по-нашему по-тороидальному);
- очки (они в Корее ого-го какие древние - и любимейший предмет антиквариата);
- сельскохозяйственные орудия;
- серо-голубая керамика (с ней мы уже знакомились на улице Ин-Са Донг);
- и объемная модель печей для ее обжига. В натуральную величину эти печи были выше человеческого роста.



( Смотреть дальше... )

В здании с пагодой, на территории дворцового комплекса, находится Национальный Музей Республики Корея. Здесь можно многое узнать об истории быта страны с древнейших времен до 1910-ого года и позже.

Когда-то самым интересным для меня в КБ, где работала моя мама, был Отдел Объемного Проектирования. Они там объемно проектировали нефтедобывающие комплексы - те самые, за счет которых страна нашего исхода нынче и процветает. Делались эти большие, с комнату, модели из готовых деталей тогдашнего лего - "трубы", вентили, вышки и т.д. Потом по ним строились и сами комплексы (ну и по чертежам со спецификациями, конечно).

А в Национальном корейском музее объемные модели - они про другое. Первобытные поселения, занятия труженников города и села, обжиг керамики... Или вот церемония при императорском дворце, например.




( Смотреть дальше... )

Еще несколько привлекательных уголков дворцового комплекса.



( Смотреть дальше... )

Пойдем в зону личных покоев императора и его семьи. Здесь можно и поближе рассмотреть, как это все устроено. Особенно крыши. Фигуры на них - от злых дУхов.

Каменный колодец накрыт крышкой - двумя тяжелыми каменными же полукругами. Предположим, что это - защита от попыток отравления воды. Так и представляешь себе церемонию официального сдвигания полукрышек, набора и относа воды куда следует... Фантазирую, наверное.




( Смотреть дальше... )

У пруда, который был еще и украшением особо торжественных государственных пиров, проводившихся в близстоящем павильоне.







Продолжение следует...

Продолжаем прогулку.




( Дальше по дворцовому комплексу... )

Продолжим бродить по дворцу Кёнбоккун. Вот тронный зал династии.



( Дальше по дворцу Кёнбоккун в Сеуле... )

Пройдемся по дворцовому комплексу, с редкими примечаниями.




( Смотреть дальше... )

Но вернемся в главный дворец Сеула - Кёнбоккун, о котором мы уже упоминали.

Вот одно из его сооружений:




Итак, Кёнбоккун (Джеонгбокгунг) - "Дворец лучезарного счастья" - один из пяти дворцов Сеула и главный дворец династии Чосон (Йосен, Джосеон), также называемой Йи, которая правила в 1392-1910 гг., до самой японской оккупации. Был построен основоположником династии - королем Ли Сон-Ге, когда столица государства была перенесена им из Кёнджу в Сеул.

Почти все 500 зданий дворца были разрушены во время оккупации японцами. Восстановленный в конце XIX века, дворец был снова разрушен во время войны 1950-1953 гг.
Сеул был захвачен северянами 28.06.1950 - всего через три дня после начала войны. Город переходил от северной к южной армии и наоборот несколько раз, и был сильно разрушен.

В 1996 году дворец еще раз отреставрировали, вернув первоначальный облик.

Вход во дворец - через ворота Кванхамун - "Ворота лучезарных перемен", состоящие на самом деле из трех ворот, из которых в среднюю мог входить сам монарх, а две боковые предназначались для высоких чиновников. Мифические животные по периметру и на крыше предохраняют вход от злых духов.

( Смотреть ворота и дальше... )

Входя в трапезную, снимают обувь. Из уважения ко всему. Все равно сидеть по-восточному - на уровне пола, на сидениях без ножек.



( Читать и смотреть дальше... )

"...Добрых чувств на земле пять..." - сказал поэт, которому самому, в общем-то, не довелось достаточно отведать этих самых чувств.

И вкусов (в хорошем смысле) у человека тоже пять. И чем ближе к Востоку, тем востребованнее становится именно пятый из них - не так уж давно открытый УМАМИ - пряный (он же мясной и рыбный). Без него не испытаешь густых гурманских удовольствий от таких вот артефактов:




( Дегустировать дальше... )

Есть в Корее такое огородное растение - ginseng, женьшень по-нашему, человек-корень. Лечебное от всех болезней, и т.д. Когда-то оно было диким, но взять их у нее - наша задача, не отдавать же перспективное панацейное дело в руки хаоса и катаклизмов. Так растение и стало культурным - века примерно с XVI.

Выкристаллизовалось два основных вида - женьшень белый и женьшень красный. Красный, считается, действует помощнее, поэтому и стал монополией государственной табачно-женьшеневой компании, одной из основ корейской экономики. Белый же государство только инспектирует и сертифицирует.

Формы боевого примения женьшеня - разные: капсулы, чаи, даже в шоколад кладут (коробку такого шоколада я привез с собой). А на рынке заметно присутствие спиртовых настоек корня. Говорят, что в них еще иногда добавляют древесный гриб, лимонник, панты - и проч.

Использовать корень можно с шестилетнего возраста - его, корневого. И еще: дикий женьшень-таки существует - в легендах. А также - за огромные деньги и в мизерных количествах - для лечения новых китайских. Которые ну очень богаты в этом углу Азии.



( Смотреть дальше... )

Заглянем, пожалуй, на рынок. Нандаемун - Рынок Восточных Ворот. Здесь хоть и не все продается, но многое.



( Смотреть дальше... )

(Последнее на сегодня.)

Как сказано в уже помянутой статье Ирины Гольдиной, "вещи, которые делались традиционным способом до войны 1950-1953 годов, обычно считают подлинными примерами корейского культурного наследия. Почти все предметы, изготовленные после этой войны, относят к образцам современного искусства. Иногда разница между вещью антикварной и просто старой всего несколько лет."

И вот на той же улице И-С-Д заныриваем в дверь лавки - и оказываемся в этом "до войны".




( Читать дальше... )

Тут выяснилось, что на улице Ин-Са Донг не только ремеслом торгуют, но и делом занимаются - внеклассной работой. Разбившись на боевые пятерки/шестерки, маленькие корейские корейцы отлавливают иностранцев (как они их только узнают в толпе?) и устраивают форменный допрос на английском языке - в изощренной форме. Не по какой-то там примитивной тактике "хорошего" и "плохого" следователей, а сразу наповал: хором. Хором зачитывают вступительную часть - мол, не согласитесь ли добровольно ответить (ха! кто ж посмеет отказаться при таком наезде), потом хором задают вопросы - к счастью, всего два: 1) как вам Корея? и 2) что в Корее больше всего отличается от того же, но в вашей стране?

Ответы, правда, записывают каждый в свою отдельную тетрадочку. А потом хором благодарят - в унисон. Но не успевает иноземец пройти и десятка метров - а тут уже новый task force. Ну, и так далее - успевай уворачиваться.

( Читать дальше... )

Не селадоном единым - есть и других ремесел на улице Ин-Са Донг.



( Смотреть дальше... )

Корейская керамика мне с первого знакомства понравилась, особенно серо-голубая. Сразу захотелось потрогать и овладеть, что и было, в общем-то, сделано. А вот как это выглядит на улице Ин-Са Донг.



( Читать и смотреть дальше... )

Городская скульптура в малых, средних и вполне монументальных формах в Корее присутствует. И заметная часть из нее - оригинальное современное (и довольно привлекательное) ваяние. А вот от этой статуи, у какого-то местного "Сеулфильма", на той же улице Ин-Са Донг - повеяло чем-то родным.

Случайно-серендипитиальная композиция вблизи дворцового комплекса полутысячелетней конфуцианской антибуддистской династии почему-то напомнила: "железный конь идет на смену крестьянской лошадке". Или куда он там идет.

Мы шли по сеульской улице Ин-Са Донг, славной своими лавками традиционных, вручную изготовленных предметов. Пешеходная такая зона, в витринах - то веера, то резьба по дереву, то керамика древнего серо-голубого цвета - глаз не оторвать. И всё такое корейское, как было сказано ниже.



По мере продвижения по Ин-Са Донгу, которое то и дело прерывалось частыми заходами в сказанные лавки, все слышнее становилась корейская музыка, исполняемая хоть и вручную, но на знакомом инструменте. ( читать дальше... )

А вот один из обещанных драконов - за окошком Гонконгского аэропорта.



Внутри этот драконовский аэропорт тоже неплох. ( поглядеть... )

Как сказал знаток и трудящийся Востока сингапурский китаец Петя Чонг - у этой страны Кореи есть очень важное отличие: в Корее - всё корейское. За неделю мы убедились, что он абсолютно прав.

Но вот уже пора прощаться - сижу в огромном Сеульском аэропорту в корейском ресторанчике, перед отбытием удовлетворяя последний корейский голод корейской же пищей. Удовлетворяю, между прочим, при помощи палочек, в очередной раз гордо отказавшись от неудобных ножа с вилкой. Через стекло наблюдаю примерно следующую типично дальневосточную картину:



И вдруг к кассе ресторанчика - она же прилавок и раздача - подходят два колоритных мужчины. Переморгнув неверящими глазами, внятно убеждаюсь, что два этих ражих и краснорожих господина даже не то что русские, а - явные щирые украинцы. Один - вообще с раскидистыми тарасо-бульбовскими усами, хотя и без вышивки на сорочке.

Но что-то настолько телепатически понятное исходит от них, что без всякого буддийского откровения осознаю: нет, не деликатную корейскую пищу пришли они сюда употребить - ту, настроенную по сезону, времени дня и особенностям личных чакр... Не клевать тонкими палочками рис с грибочками и тонкими полосками мяса или медузятины. Не посасывать через соломинку любимый корейцами коктейль из зернового льда с зеленым кивийским или розовым клубничным соком. Но зачем тогда они здесь, зачем?..

Тот, что крупнее и с усами, явный корпулентный лидер, резко наклоняется с высоты роста к кассиру-раздатчику (корейскому, конечно, изящному такому) и что-то говорит на твердом квадратном английском. Правильно воспитанный с детства кореец (а кто из них не?), сохраняя покер-фэйс, кивает, достает со стеллажа большой прозрачный пластиковый стакан - из тех, что для красного или зеленого напитков - и отдает его усатому. И оба господина твердой походкой удаляются в глубины аэропорта - видимо, для знакомого нам всем священнодействия.

Подзадержавшаяся память все-таки срабатывает - он сказал кассиру: "уан глас". Да, и рейс на Москву был на табло - незадолго до моего, на Гонконг.

Ну вот. А Вы, santagloria, стеснялись там в своем Гренобле.

Надо заметить, что движение в Тайланде левостороннее, что само по себе создает некоторое вертиго.
Еще несколько бангкокских фото. Успели мы маловато, ведь надо было еще отобедать.
В аэропорту за вход назад, в зону посадки, "за границу" - плата 500 бат (14 долларов), официально называется "штраф за перепребывание".

Иллюминация королевского дворца.



( Смотреть дальше... )

Начну все же с пункта пересадки при полете туда - Бангкока, столицы Тайланда. Ждать продолжения рейса надо было часов семь, поэтому мы (двое) наняли такси на трехчасовой экспресс-тур по этой столице, чтобы скоротать. Бангкок заслуживает много больше, но больше у нас не было.

Шофер оказался приветлив, деликатен и helpfull, как все тайландцы, но по английски знал только слово king. Поэтому разобраться, что он успел нам показать, было трудно. К тому же - смеркалось, поэтому снимки так себе.

Первую достопримечательность уже опознал, это Мраморный Храм, Уат Бенчамабопхит Дуситванарам (Wat Benchamabophit Dusitvanaram), или, по-простому, Уат Бенчамабопхит. Построен в 1899-ом году Его Высочеством Принцем Нарисранувативонгсом, сводным братом короля Чулалонгкорна, Рамы V.

В постройке его главного здания - Павильона Рукоположения - использован любезный нашему сердцу каррарский мрамор из Италии (материал Микельанжело и прочих богов и полубогов скульптуры). Здание "выказывает знаки явного влияния европейского неоклассицизма..." (!)



( Дальше по Мраморному Храму... )

Вернулся из страны с названьем Корея (которая Южная), где побывал по службе.
Есть что порассказать, попоказать... Уж и не знаю, когда это делать.

Для затравки, все-таки, одно фото - во дворце Кёнбоккун (Джеонгбокгунг) - "Дворец лучезарного счастья" - один из пяти дворцов Сеула и главный дворец во времена династии Чосон (Джосеон), которая правила в 1392-1910 гг., до самой японской оккупации. Был построен основоположником династии - королем Ли Сон-Ге, когда столица государства была перенесена им из Кёнджу в Сеул.