Current mood:

pessimistic

Старые песни о грустном...


Лежала я в реабилитационном отделении иерусалимской больницы Хадасса Хар-Ха-Цофим летом 1997. Училась вставать и ходить. А заодно разрабатывала голос после месяца интубации: горло болело и хрипело как-то. Поэтому по вечерам, раскладывая пасьянсы, пела старые советские песни. Соседи и медперсонал почему-то совсем не возражали, несмотря на мой, мягко говоря, НЕАБСОЛЮТНЫЙ слух. :)
Рядом со мной лежала коренная израильтянка, женщина лет 50 по имени Тамар. Приятное мягкое лицо, большие глаза.... После обширного инсульта она была почти неподвижной, без речи. Родные и врачи не были уверены, что она понимает происходящее и обращенные к ней слова.
Семья, кстати, у Тамар была замечательная. Днем ни на час они не оставляли ее одну, хотя при израильском уходе это совсем не обязательно. Все время возле нее был либо муж, либо сын - студент Еврейского университета (он часто приходил с девочкой, своей невестой), либо младшая сестра. Они помогали ее кормить, возили на упражнения, и все время пытались разговаривать с ней, установить какой-то контакт...
Излишне упоминать, что все эти люди не знали ни одного слова по-русски...

Однажды вечером случилось странное. Я, разнообразя репертуар своих песнопений, завела "Споемте, друзья...". Ну, излишне напоминать: простая и хорошая песня с припевом, который стал просто нарицательным: "Прощай, любимый город...". И вдруг - Тамар зашевелилась! Я изумленно повернулась в ее сторону. Она смотрела на меня и явно пыталась издавать какие-то звуки. А ее сын, сидевший у ее постели, изумленно смотрел на мать! "Прошу тебя, - сказал он мне, - продолжай! Мне кажется, она хочет, чтоб ты пела!" Я нервно сглотнула и продолжала песню. Точно! Тамар издавала какие-то звуки, и даже пыталась улыбаться! Теперь она иногда смотрела на сына, словно хотела взглядом что-то ему объяснить!...
Песня кончилась, и я завела новую. И тут же все кончилось. :( Взгляд Тамар потух, она перестала реагировать на меня, на сына. Через десять минут я снова попробовала запеть ТУ песню. И снова Тамар "очнулась"! ...
Спустя час загадка разъяснилась. Сменить сына пришла сестра Тамар, и парень рассказал ей о происшедшем. Когда я начала петь, она изменилась в лице и взялась пальцами за виски... «Боже мой! Я помню... Эту песню пели наши родители, когда мы были совсем маленькие... Они были из России, ты знаешь...» И она стала мне подпевать, без слов, только мелодию... Тамар обратила к ней взгляд, и сестры словно наконец увидели друг друга... Младшая стала тихо и успокаивающе что-то рассказывать, напоминая о старой жизни, о родительском доме, о людях и событиях...
Следующие несколько дней все медики радостно рапортовали о замечательных улучшениях в состоянии Тамар. Логопед утверждала, что Тамар стала понимать самых близких, и даже способна передать им свои простые желания, как то: попить, поправить подушку, задернуть занавески...
На исходе недели муж Тамар подошел ко мне и, стесняясь, протянул какой-то из бесчисленных подарков, которые присылали для Тамар сочувствующие (кажется, она где-то преподавала). «Она просила, - сказал он, - Я понял. Она хочет отдать это тебе». Я взглянула на Тамар. Она смотрела на меня, в глазах у нее было удовольствие.
Я поблагодарила и приняла подарок. Кажется, это был цветочный комнатный ароматизатор.

А на следующий день во время восстанавливающих упражнений с Тамар случился второй инсульт, и она, не приходя в себя, умерла прямо в тренажерном зале.