собрал прошлой осенью. давно хотел дать послушать.

remembrance of maria. ничто другое, кроме этой композиции из «господина оформителя», не в силах передать то, каким я с самого детства чувствую свой город. серьёзно. по-моему, в ней весь петербург. привет, nugae. → inferno. отчаянный гитарный риф, исполненный эриком дрейвеном на мокрой от дождя крыше в фильме «ворон». с тех пор как увидел эту сцену, хочу сыграть на электрогитаре, стоя на каком-нибудь офисном здании. → a shadow knife (draws the bleeding light). альбом с этой вещью прислал мне andrew_g. раньше я любил кататься под эту музыку на задних сиденьях пустых автобусов и электричек. → the beast. эту песню мне показал очень близкий человек, с которым в последнее время мы перестали часто общаться. → hunting bears. про этот трэк ничего особо личного не помню. м. ну, разве что радиопомехи похожи на волны. и ещё, когда слушаю, представляю белых голубей над больницей из «двадцати одного грамма». → promenade sentimentale. эта музыка звучит в отличной французской кинокартине под названием «дива». доминирующий цвет — светло-голубой, каким бывает свежее летнее утро. лет пять я периодически пытался подобрать её на пианино. так и не получилось. → tape kebab. не знаю как у вас, но у меня эта песня играет в голове ещё час, после того как заканчивается. мне кажется, она довольно радостная. насколько вообще может быть радостной осень. основные цвета — кирпично-красный и ярко-оранжевый на тёмно-сером.

сегодня в петербурге было солнечно и без осадков. everything’s just wonderful.

на пустой автостоянке сразу после кинотеатра мы поссорились. я даже не успел снять стереоочки, а ты уже требуешь извинений. мы останавливаемся друг напротив друга. за моей спиной со скоростью и брызгами мимо шелестят шины машин. чёрные ветви деревьев путаются на фоне красной стены. умеренный западный ветер треплет твои незафиксированные лаком волосы. не в фокусе горят синим огни неоновых букв за твоими плечами. без всякой связи я неожиданно вспоминаю тех мёртвых женщин из вечерних новостей, сидящих в шезлонгах на пляже. в воздухе между нами проносится пакет с логотипом круглосуточного супермаркета. я вынимаю руки из карманов. ты по-прежнему молчишь. тогда я говорю: извини, это всё моё дурацкое чувство юмора. на самом деле я не всегда говорю то, что думаю. никогда. произнеся это слово, ты подходишь вплотную и зажимаешь мне рот поцелуем. и потом: нам надо спешить. я глотаю слюну и делаю шаг назад. на губах остаётся вкус твоей помады. я облизываюсь. ты роняешь на асфальт бумажный стакан с лимонадом. это заставляет меня обернуться.

по улице шагал гигантский тираннозавр.

вчера ночью посмотрел фильм «контроль». по нему видно, что корбайн действительно умеет фотографировать и снимать клипы. много хорошей музыки и разговоров. чем-то напомнил годара и все эти независимые британские комедии. наверняка понравится современным любителям чёрно-белых снимков и инди-рока. а так, всё правда, что про него пишут. нормальное такое попсовое кино без хэппи-энда.

до звонка с последнего урока остаётся несколько минут, а мы успели окончательно превратить школу в мясорубку. мы уже разобрались с основной частью преподавательского состава. мы уже затопили подвал. в медпункте уже закончились таблетки. родители, которые пришли встречать первоклассников, не узнали своих детей. родители не узнали в своих детях себя и теперь пойманы в волейбольную сетку. мы ударяем пленников линейками, чтоб они держали осанку. чуть дальше к шведской стенке скакалками и обрывками магнитной ленты с иностранной речью привязаны оставшиеся учителя. на них мы пункт за пунктом проверяем инструкцию техники безопасности. мы обстреливаем педагога по основам безопасной жизнедеятельности разноцветными шариками из пневматических ружей. мы льём на руки преподавателя химии кислоту. мы бьём мокрого учителя физики электричеством. мы втыкаем в глаза педагога изо заточенные цветные карандаши. мы кидаем в преподавательницу биологии поделки из природных материалов. судя по температуре и горькому запаху, огонь из класса химии уже перекинулся на библиотеку. теперь крики и плач заглушает пожарная сирена. на баскетбольным кольце в петле из струны от рояля висит дирижёр школьного хора. под ним гора мёртвых тел накрыта настенными картами. запасной выход завален чучелами животных. ребята из средних классов нашли коробки с клеем и на какое-то время выпали из происходящего. всё это уже заснято на камеры наших мобильных телефонов. обогнув гипсовую груду тяжёлых голов забытых классиков, запачканных кровью, мы переступаем порог спортивного зала. из мужской раздевалки слышны стоны молодой учительницы физкультуры. раздаётся звонок с урока. я просыпаюсь на улице перед руинами сгоревшей школы. я просыпаюсь за последней партой кабинета истории. педагог задаёт мне вопрос. в ответ я молча смотрю ей в глаза. будущего нет. весело. весело. весело.

ничего этого не случится. потому что другие должны всегда оставаться другими.

пользуясь случаем, поздравляю bobbby_digital с завтрашним днём рождения.

в тот день я как обычно возвращаюсь с работы. дети набиваются в микроавтобус и пахнут тухлой капустой. войдя в квартиру, я раздеваюсь и залезаю под душ. в ванной комнате душно, а горячая вода кажется жирной. я тру себя до тех пор, пока кожа не краснеет, и неожиданно вижу метку на правом предплечье. пятно не похоже на родинку, скорей уж нарисовано гелевой ручкой. наверное, след от укола, решаю я. это безумный смертельный больной забрался в толпу с отравленным шприцем в кармане пальто. а может, я гнию изнутри, думаю я. тогда эта штука скоро начнёт расти, а потом захватит собой целиком всю поверхность. так или иначе, я не знаю, что это такое. в одно мгновение всё моё существо умещается в чёрную точку, не больше тех, что встречаются на книжных страницах. я уже собираюсь сходить на кухню за чистящим порошком и жёсткой щёткой, но, моргнув, замечаю, что пятно пропало. я кидаю липкое бельё в стиральную машину и иду спать. в ту ночь мне снится кошмар. я покрываюсь точками и пытаюсь содрать их мочалкой, ошпарить кипятком или соскоблить безопасной бритвой. они ползают по телу, убегая из-под пальцев как насекомые. после этого за мной долго гоняется седой старик с сигарой в зубах и круглых очках на носу. наверное, хочет выколоть мне глаза своими блестящими ножницами. утром я звоню на работу и беру отгул.

от людей остаются хорошие белые пятна. культура — это такой паразит.