Current mood:	работаю
Current music:	Queen. I'm In Love With My Car.
Entry tags:	автомобильное

Трудно без машины

Когда я ездил на девочке-Оке, долгие периоды исправного ее состояния вызывали у меня беспокойство. Проходит месяц - а ничего не сломалось. Я начинал нервничать. Ну хоть бы лампочка какая-нибудь сгорела, думал я, а то ведь это все добром не кончится. В результате что-нибудь наконец ломалось, причем по-крупному, и я с удовлетворением начинал свою девочку чинить. Через месяц все повторялось. Больше месяца в исправном состоянии эта машинка не бывала.

Совсем другая жизнь началась, когда у меня появился Ганс. Этот шустрый мальчик всегда был заряжен на путешествия. Можно было встать поутру, почесать в затылке и вдруг, ничего заранее не планируя, отправиться хоть за тысячу километров, например, в какой-нибудь Питер или Минск. Ганс ломался редко, и когда это происходило, это вызывало удивление. Первый раз, когда это случилось, я не забуду никогда. Я не пропустил прущегося по встречке с нарушением правил стритрейсера, который пытался встроиться передо мной, в результате машину пришлось сдавать в ремонт на три дня.

Весь вечер накануне я посвятил изучению схемы метро. Не подумайте чего дурного, в метро я, конечно, до этого ездил. Только это было давно, когда станции "Театральная" еще не было, а была "Площадь Свердлова", и когда в турникет нужно было кидать пятачок и при этом не нужно было думать, какой стороной, как с этими дурацкими бумажками. Сейчас тоже езжу, когда мы с женой возвращаемся из каких-нибудь гостей. Но запомнить при этом ничего не удается, потому что я при этом обычно сплю на плече у супруги, а когда надо выходить из вагона, она требовательно берет меня под руку. А теперь мне предстояло ехать в метро одному.

Скажу честно - мне ужасно не понравилось. Во-первых, все какие-то хмурые и неразговорчивые. У меня в машине такого не бывает, хмурых пассажиров я не вожу. Во-вторых, в метро все время приходилось ездить стоя. Даже если и освобождалось место, к нему со всех сторон сразу устремлялись несколько человек, чуть не стукаясь лбами. Участвовать в этих забегах у меня не было никакого желания, мне было жалко свой лоб. А вот в машине я почему-то ни разу не ездил стоя.

Еще мне ужасно не понравилось, что вечером возле работы, чтобы зайти в метро Новослободская, нужно было отстоять в очереди. Я подошел, спросил, кто последний, но народ почему-то попался неразговорчивый и мне не ответил никто. Пришлось так идти, без последнего. А в машину когда сажусь, никогда очереди не бывает.

Внутри не понравилось еще больше. Проезжая станцию метро Курская, я изо всех сил пытался остаться в вагоне. Но там почему-то решили выйти все. Только моя армейская закалка позволила мне остаться в вагоне. Я висел горизонтально, зацепившись за трубу, а мои ноги били по плечам выходящих пассажиров. Я боялся только одного - что мои штаны и ботинки все-таки выйдут с остальными. Когда поток выходящих кончился, я ощупал себя со всех сторон и перевел дух - штаны были на месте.

Расслабился я рано - в вагон устремился другой еще больший поток, которым меня забросило в самый дальний угол вагона и прижало к какому-то потному дядьке. А мне на следующей остановке нужно было выходить, но там, по закону подлости, выходить изо всего поезда нужно было, похоже, мне одному.

Три дня такой жизни прошлись по мне глубокой бороздой. Я приболел, чего со мной уже много лет не случалось, мне порвали рукав на куртке. Я с ужасом обнаружил, что начинаю ненавидеть людей. Поэтому когда через три дня я забрал из ремонта свою машину, я был просто счастлив. И теперь я снова очень люблю тех, кто в метро ездит. И не ездит по дороге.