Как я получил диплом ПЕУ №1
Еще один штрих к теме про Петербургский еврейский университет, начатой здесь, и продолженной здесь.

Среди людей, которые пришли в ПЕУ к Дворкину в самом начале существования этого заведения, большинство довольно скоро либо уехали в Израиль, либо сами оказались преподавателями, а не студентами. Мало кто был заинтересован в прохождении формального курса ПЕУ (тем более что программа все равно постоянно менялась по ходу дела). Сам университет, без сомнения, стремился к тому, чтобы студенты обучались по составленнным программам, иначе какой в них смысл? Я тоже уже преподавал иврит с 1990 года, но я оказался почти единственным человеком из первого набора, который старался формально пройти учебный план, сдать установленные экзамены и выполнить прочие подобные требования. Короче говоря, году к 92 стало ясно, что я могу оказаться одним из первых выпускников ПЕУ, против чего я, разумеется, не возражал.

Загвоздка состояла, однако, в том, что для получения формального права выдавать дипломы о высшем образовании университет должен был пройти аккредитацию в Госкомвузе. А пройти ее на тот момент не было возможности в силу бюрократической сложности процедуры. Университет, однако, ставил целью и обязался выдавать своим выпускникам «диплом государственного образца». Одним из способов сделать это, которые рассматривало руководство ПЕУ, было договориться с каким-нибудь «настоящим» ВУЗом, чтобы тот признавал курсы ПЕУ и выдавал свой диплом выпускникам ПЕУ. Выпускники, по замыслу ректората, могли бы получать два диплома: «негосударственный» диплом ПЕУ и «государственный» другого ВУЗа. Договориться таким образом было, однако, непросто; провалились попытки такой договоренности с Пединститутом им. Герцена, ЛГУ, с ОСАА при МГУ в Москве, и даже были большие проблемы с т.н. «Академией им. Маймонида». В случае со мной, поскольку одно высшее образование у меня уже было и я работал преподавателем иврита, вопрос удалось решить (далеко не быстро и не с первого раза) таким образом, что меня приняли на третий курс Восточного факультете СПбГУ на отделение «семитологии». Мне перезачитывали общие предметы за первые два курса из Политеха (такие как Экономика или Философия). Оставшиеся я должен был сдать экстерном (это были прежде всего языки; иврит я знал, разумеется, вполне на уровне, а вот по арабскому заметно отставал, и это была для меня проблема). Все это стоило немалой нервотрепки и контрастировало с благодушно-расслабленным духом ПЕУ, но я полагал, что игра стоит свеч. Восточный факультет счтитался лучшим из гуманитарных факультетов Петербургского университета (и города), поступить туда непросто, а в группу семитологии набирали 5 человек раз в 2-3 года, т.е. семитологов были единицы.

Что касается «негосударственного» диплома ПЕУ, то его я тоже хотел получить (по поводу чего периодически скандалил с администрацией). Ведь ПЕУ – первый еврейский ВУЗ в Ленинграде и в Восточной Европе, после закрытия в 1920-е годы Ленинградского еврейского университета (преемника Курсов востоковедения барона Гинзбурга). Никаких московских «Академий Маймонида», Туро-колледжей, ЕУМов, ЦИЕЦей в 1989 году, когда Дворкин открыл ПЕУ, не было в помине, все это возникло в середине 90-х. Таким образом, первый выпуск ПЕУ, как-никак, знаменовал возрождение еврейского высшего образования в Восточной Европе, событие, хоть и не бог весть какое, но все же историческое. А я оказался первым выпускником. «Негосударственный» диплом ПЕУ за номером (несколько шутовским) АА 000001 мне все-таки выдали.



Фото: Первый диплом ПЕУ. Регистрационный №1. Подпись ректора (И. Дворкин), проректора (aakobra А. Кобринский) и секретаря (К. Осипова).

Позднее другим выпускникам было выдано еще несколько дипломов такого же образца. Как выглядят нынешние дипломы ПИИ, я понятия не имею, но надеюсь, что запись о моем дипломе внесена в архивы, и историки еврейского образования в XXII веке смогут ее найти. :-)

Успешно закончил я и Востфак, победив наконец классический арабский, египетский диалект (учебник Краснознамекнного института), арабские газетные тексты, коммерческие тексты, хрестоматию по пословицам и поговоркам, "Путешественника" классика ХХ века Махмуда Теймура, древние летописи Айам-уль-Араб, средневековые нравоучительные истории про Будасфу и прочие трудности; выучив наизусть десять сур из Корана. На выданном СПбГУ дипломе о присвоении квалификации востоковеда-филолога (семитолога) по специальности «Востоковедение и Африканистика», как и положено, говорится, что я поступил в 1989 г. в ПЕУ и окончил полный курс Восточного факультета. Подпись ректора СПбГУ (Вербицкая) и декана (акад. И. Стеблин-Каменский).



* * *

Ну и парадоксальный эпилог. Все же я не чувствовал себя филологом по призванию. Мне ближе формулы, исследования, где нужно считать. Я скучал по своей первой, политеховской специальности, по механике и математике, с завистью смотрел на тех, кто занимается «настоящей» наукой. Потому я стал искать для себя аспирантуру по своей первой специальности. Мои знакомые удивлялись и не верили, что я хочу вернуться к технической специальности, но я это сделал. Нашел докторат в Бостоне и, перебравшись в США, благополучно получил PhD. Теперь вот несколько скучаю по иудаике, но – нет в мире совершенства -- не даром народная мудрость утверждает, что на двух стульях одновременно сидеть невозможно, как нельзя удержать два арбуза в одной руке.