Стихи 1997 "Рождение музыки" часть 2
*
РОЖДЕНИЕ МУЗЫКИ

Ты музыкант,
А я тебе никто.
Но эту вместе
Симфонию
С тобой играем.
Ты тему задаешь –
Я повторяю.
И боюсь сфальшивить,
И вижу – тоже
Иногда не ту
Берешь ты ноту,
И – хмуришься,
И – дрожь по коже,
И все же –
Мы играем

Звук, рвущийся сквозь тлен
Под своды гулких храмов,
На струнах вен
И на сердец там-тамах.

И все стремительнее темп,
Все выше ноты –
Так высоко,
Что слух уже не ловит,
И скоро в клочья
Разлетятся инструменты –
Но все выше, выше!
Та музыка звучит, не умолкая,

И вот, в неуловимый
Миг апофеозом
Разбивает стены.
И хрупкие,
Как кокон бабочки,
Рвет наши оболочки.
Без грусти
Бездыханных
Покидая музыкантов,
К иным,
Лишь ей известным
Стремится сферам –

Недосягаемым Allegro…

И шулер время
Вечности
Подглядывает в карты…



* * *

Марине Цветаевой

Марина! – Брови излом.
Марина! Что за шутка такая –
В жизнь нашу – прочно построенный дом,
Вломиться, словом-мечом рассекая.

Марина! В какие двери
Входишь, чтоб душу забрать,
В дары превращая потери,
Играя, с собою позвать –
Куда?

Марина! Ты – не от мира.
Я – в мире. Пока. Прости.
Набатную твою лиру
Как – выжить и перенести?

Ведь жизнь не стихи, Марина,
Жизнь – это …
Грохот! Вой!
Огненная твоя лира
Проносится над головой.

Плоть мою рассекая
в прах,
Мне в небесах строишь
храм.

Марина!
Камнем в тихом потоке
Жизни моей
Легла ты.
О него разбиваясь,
В ад или рай –
все равно –
но – с тобой! –
Поднимаюсь.

В синь – до ультрамарина!
Марина…



* * *

Боже! Твоей,
Мне неведомой лютни
Я – лишь одна струна.
Может, глухой и неясный
Звук издающая,
Часто ропщущая
Иль напрасно
К тебе вопиющая.
Пусть я плачу, пусть жалуюсь,
Все равно – навсегда
Я в руке твоей, Отче,
Звенящая струна.



ЗАКЛИНАНИЕ

Лицо кавказской национальности.
Твое лицо.
Из осколков души моей праздников
Клею кольцо.

Из нитей, меж нами натянутых,
Сети плету.
Мы так крепко с тобою стянуты –
Вместе – ко дну!

Пусть тебе я казалась странною
Сомнамбулою в лесу.
Хочешь, планы открою коварные? –
Я тебя спасу.

Не жалей ни о чем. И тоскуя
Не смотри в окно.
Может, завтра полюбишь другую,
А пока – со мною – на дно!

Знай, любовью мне руки связаны,
С уст – не ведьмин клекот,
А стихов, никем не сказанных,
Услышишь шепот.



* * *

Опять за чаем
Об том, об этом –
Обо всем с тобой болтаем.
Читаешь
Мои последние стихи,
Не замечая
В них крик
Моей издерганной души –
Ему по всем законам,
Поэтам положенным
Там надлежало отразиться.
Но, видимо, каким-то
Он вышел приглушенным –
Смеешься ты,
И я смеюсь с тобою
Над тем, что притворялось
Слезой, готовою пролиться.



* * *

Я не хочу застать тебя сонным,
Теплым, больным
И ко мне благосклонным.
Нет - лучше будь как всегда.
Капля за каплей
Ледяная
Из крана вода.


БЕЗУМСТВО НАШИХ

1

Безумство наших встреч
вдвойне безумством было б,
если б речь
мою твое молчанье
не разбивало
на осколки звуков,
что повисая
в воздухе меж нами,
его не превращали
в непроницаемую стену,
в неотливаемую стелу –
напоминанье
тем, кто придти захочет
нам на смену.


2

Безумство наших встреч.
Безумство. Тщетные попытки
слить
громады наших одиночеств.
“Я”, мечущееся,
чтоб стать “Ты”,
меж тронами
двух Их Высочеств.
Что ж профиль твой –
почти гранит?
Что ж облик мой –
почти икона?
От фейерверка монолит
не рассыпается. Законы
незыблемы. И как ты
ни топорщи перья,
из одиночки Ding an sich *
не вырвешься.
В ней наше
бессрочно заключенье.


* “Вещь в себе” (Кант)



* * *

Не спрашивай – люблю ли,
Не спрашивай – ждала? –
О, если б я могла
Тебе ответить –
Разве стала бы писать?
Но уже легли
Дороги темные, ночные
Туда, где Слово
Произнесенное – не ложь,
Но холм.
А может даже –
Гора. –
– Смотри, как высока! –
Тебя не вижу я за ней,
И ты – меня.
И меж холмами, по жесткой
Траве мы бродим.
Но слов, которые
Сказать должны,
Все не находим.


* * *

Я смотрю, прищурив глаз.
Не на Вас.
Я смотрю поверх очков
На забавы дураков.

Пусть дурак в суму пустую
Кинет фигу – пропущу.
Но на Вас смотреть не буду.
Я сегодня – не грущу.