Сравнительно коротко, как и обещал.

Раньше я назвал формой партизанскую войну и подпольную деятельность на оккупированной рейхом территории формой самоубийства. Они таковой и были.

Во-первых, основной целью партизан и подпольщиков были коммуникации на оккупированной территории. Оно и понятно - отстреливать солдат армии вторжения можно было постольку-поскольку, всё равно они ехали на фронт, где о них могла позаботиться советская регулярная армия, в общем превосходившая партизан в выучке и оснащении. А неприятности со снабжением служили мультипликатором неприятностей на фронте. То же касается и работы по штабам, но такие вкусные цели для партизан были мало достижимы.

Всерьёз *держать* коммуникации такой протяжённости у оккупантов сил не было (примерно 15 дивизий летом 1942-го года - мизер. Да и качество тех войск оставляло желать). Это значит, что единственным способом предотвратить подобного рода диверсии была политика устрашения - то самое систематическое терроризирование населения.

"Учитывая громадные пространства оккупированных территорий на Востоке, наличных вооруженных сил для поддержания безопасности на этих территориях будет достаточно лишь в том случае, если всякое сопротивление будет караться не путем судебного преследования виновных, а путем создания такой системы террора со стороны вооруженных сил, которая будет достаточна для того, чтобы искоренить у населения всякое намерение сопротивляться. Командиры должны изыскать средства для выполнения этого приказа путем применения драконовских мер"

Это Кейтель пишет, приказ от 23 июля 41-го года. И против такой *машины*, цинично говоря, "народная война" не пляшет. Чтобы убить дракона, нужен дракон. И наши его создали.

Когда нам говорят, что существовало единое партизанское командование в Москве и прочее, это надо понимать так. Из Москвы приходит приказ на то, чтобы закупорить некую магистраль. Приказ, обусловленный большой стратегией, которую с места не видать.

Люди в партизанском отряде могут быть и местные, заранее подготовленные ("райкомовские"), и *ушедшие* в леса, и бывшие окруженцы. Всем им понятно, что после успешного выполнения боевого задания немцы будут лютовать. В позднейших фильмах и книгах проводится неумная идея о том, что гитлеровцы резали бы всё и вся, даже не давай им партизаны для этого повода. И якобы партизаны (по тупости, наверное) не видели прямой связи между своими действиями и размахом террора оккупантов. Увы. На территориях, где население вело себя *прилично* (та же Франция), о терроре сравнительно с тем, что творилось на оккупированных советских территориях, вообще говорить нельзя.

Ещё один нюанс: число и состав жертв (женщины, дети, старики) упирается даже не в нацизм, как идеологию, а в обычную бюрократию. Командирам всяческих айнзатцгрупп и ягдкоманд надо было *отчитываться* перед начальством по борьбе с партизанами, чтобы начальство отчитывалось уже перед своим начальством, когда начнётся снятие шкурки за перебои на коммуникациях.

Это партизаны тоже понимали. И вести *такую* борьбу только на свой страх и риск - я вообще не думаю, что человеку это по силам. Нужен был Приказ. Само наличие центрального партизанского командования вне зависимости от его качества "снимало грех с души" тех, кто воевал в партизанских отрядах.

Во-вторых, немцы в контрпартизанской борьбе лохами не были и работали не только предельно жёстко, но и профессионально. Активность партизанских отрядов на оккупированной территории прямо зависела от взаимодействия с Москвой. Там, где его организовать не удавалось, партизан *выводили* быстро и качественно. Это не была "народная война" в смысле спонтанности и какой-нибудь "ярости благородной" ("ярость благородная" очень хорошо лечится институтом заложников), это опять-таки воевало советское государство - всем, чем могло, всем, до чего дотягивалось. Армией так армией, гражданскими так гражданскими... Самые большие средства были вгроханы в белорусских партизан, и Белоруссию можно считать эталоном и успехов, и ужасов партизанской войны.

Кстати, немецкое командование прохлопало операцию "Багратион" по одной простой причине - не учло белорусских партизан. Июнь 1944 года. Гитлер очарован красотой удара в направлении между Припятскими болотами и Карпатами и готовится встретить русских в Галиции. Да, красиво. Да, условия наступления лучше, чем в Белоруссии - если воевать *армиями*. Но военное искусство есть искусство использования того, чего НЕТ у противника, искусство создания и реализации преимуществ. И вот наши изготовились наступать в Белоруссии. Ну, конечно, историки поют славу нашим генералам - и как они всё замаскировали, и как ввели противника в заблуждение... Однако успех операции был предопределён тем, что партизаны вывели из строя транспортную сеть между Днепром и Минском. Более 10 тысяч взрывов только в ночь на 20 июня. Это ж радость - приколотить противника к месту, лишив его снабжения и свободы маневра, а потом размахнуться, и... было там у немцев 47 генералов на дивизиях и корпусах. 10 убито, 21 в плену. Не убежали.

Кстати, об активности борцов за свободу, скажем, польского народа даёт представление тот факт, что немцы через Польшу пробежали к себе домой так, как им хотелось - им сравнительно с Белоруссией никто не мешал. Я понимаю поляков - нафиг надо колупаться, класть своих, ломать немцам отступление, помогать русским устраивать *котлы*. Пропустить немцев в Германию, и нехай москали там их на Зееловских высотах выковыривают. В общем, прикидки ляхов оправдались, но за свой здравый смысл им рассчитываться всё равно пришлось, потому что у нас со здравым смыслом тоже оказалось всё в порядке.

В-третьих, как я уже говорил раньше, на оккупированных территориях с транспортной сетью было плохо. Кроме того, как всем нам известно, климат в России жёсткий, то есть инфраструктура для обеспечения выживания в таких условиях должна быть достаточно развитой. Атаки на транспортную сеть вели к тому, что перебрасывалось меньше грузов, но перевозка грузов для армии вторжения, естественно, была более приоритетна, чем перевозка грузов для обеспечения выживания местного населения.

Иными словами, партизанская деятельность объективно, даже без учёта злой воли оккупантов (которой было хоть отбавляй, чего не след забывать), работала против выживания населения на оккупированной территории. Это факт. Это надо помнить. И, смею заверить, сами партизаны это хорошо понимали, так что зачастую вели себя с местным населением довольно жёстко, воспринимая его как *ресурс*.

В-четвёртых, сейчас то и дело иногда появляются какие-то гнусные истории о "настоящих" русских партизанах, которые вроде бы и немцев убивали, и Москву не слушали, а потом отправлены были в Сибирь. Невинно, разумеется. В реальной жизни по лесам шлялись не только "сталинские бандиты", но и бандиты обыкновенные - дезертиры, те же окруженцы, прочие... их тоже вылавливали немцы, которым, в отличие от демократических журналистов, было лениво искать глубокие философские различия между людьми, застигнутыми в русском лесу с оружием в руках. Потом, если этим "отрядам" не хотелось или не удавалось встроиться в партизанскую систему, но удавалось протянуть до возвращения наших, наши их и приходовали.

В-пятых, о подпольщиках. Горькая правда состоит в том, что системы управления, которые немцы устанавливали на оккупированной советской территории, были примитивными и жёсткими, не заточенными под решения разнообразных вопросов. Количество видов организованной деятельности, которой могли занимались люди, так же было очень мало по сравнению с довоенным временем. Это означает, что активных подпольщиков можно было вычислить едва ли не мгновенно, и, если они не могли сдёрнуть в ближайший партизанский отряд, эти люди были просто обречены. Есть много воспоминаний партизан о жизни в лесу, есть рассказы о тех подпольщиках, кто *успел уйти*, но я, честно говоря, не помню, чтобы читал воспоминания тех, кто участвовал в *акциях* и почти всё время на оккупированной территории провёл в городе.

Заключение. Моё личное мнение - всё вышеперечисленное было теми самыми средствами, которые оправданы целью. Потерял территорию - сделай так, чтобы её не приобрёл противник. Мероприятия по восстановлению численности населения - после победы. Кто может, пусть скажет, как можно было сделать лучше. Слезинки ребёнков? Ну что ж...

to be continued. Дальше хотелось бы изложить свою точку зрения на альтернативы в Великой Отечественной. Гудериан, идущий на Москву в 41-м, сдача Ленинграда, всевозможные перемирия, отсутствие Ржевско-Сычёвских операций... но это уже после праздника прекрасной (и вдобавок почему-то дольше живущей) половины человечества.