Это мои совсем старые стихи. Года с девяносто первого по год так девяносто восьмой.
Штук тридцать стихотворений.




***
Спустились по лестнице вы без пальто,
Меня провожая.
Меня здесь не помнит, не любит никто.
Москва мне чужая.

Не чувствуя вашей тяжелой руки,
Я странно спокойна.
Мы только вчера еще были близки -
Простимся достойно.

Мне снится другой, а о вас наяву
Я думаю днями,
И все вспоминаю чужую Москву
С ночными огнями.




Провинция

Странное место. Всех тянет на запад.
Девушкам ночью приснится Москва.
Города Питера сказочен запах,
Пусть от него заболит голова.

Девушек бледных идут вереницы
Утром по улицам города Т -
Видно, работать; а может, учиться
И возвращаться домой в темноте.

Только на вид беззащитны и милы,
Все ж на пороге извечной войны
Моря желаний - с отсутствием силы.
Жизнь как у женщин - и детские сны.

Девушкам снится Европа гнилая,
Судьбы иные и люди не те,
И просыпаются, все понимая,
Милые девушки города Т.



Стоя на рельсах

Трамвай проходит - синий,
Трамвай проходит - давний...
На этот раз впервые
Я радуюсь весне.
Уж если не красивей,
Пускай тогда забавней.
Троллейбусы - живые,
Всегда казалось мне.

Трамвай проходит синий,
Трамваев много красных,
Мне хочется поближе -
Не хочется бежать.
Водитель кроет хрипом
Из гласных и согласных,
И тяжело, я вижу,
Ему соображать.

Весной какой водитель
Жить может, не зевая...
Да я же понимаю -
Но что же я могу...
Водитель - победитель.
Водителя трамвая
Несет река стальная,
А я на берегу.




***
Живи, счастье мое, живи...
Мне зла нету и нет добра.
Ныряй в море моей любви,
В мое завтра, в мое вчера.

А воля - мой, может быть, плен.
А мир - может быть, мой рай.
Мне сказок нету, мне жизнь взамен.
Играй, счастье мое, играй...



***
Я давно никого не вижу, не только тебя. Я жду.
Не пойми неправильно. Я вдруг одна - и рада.
Я живу в августе. В этом году. В нерайском саду
В непосредственной близости от райского сада.

На высокую неба грудь
Упали две мраморных сливы.
Август в райском саду... Эй, кто-нибудь!..
Но никто не видал, как они красивы.

В отсутствии облаков одуванчик - луна...
Спокойно безветренны море и пляжи...
Я жалею, что нету тебя и даже
Уже не радуюсь, что одна...




***
Как мыло из мокрых рук
Скользит и уходит -
Уходит печально друг
По ясной погоде.

Идет не сказав ничего,
По небу, по людям.
Момент - и следов его
Заметно не будет.

Идет в шерстяных носках,
В ботинках из кожи,
И сердце мне, будто в тисках,
Сжимает, о боже...



***
Беспокойство, как больной ребенок.
Злые мысли, новая луна.
Слой сознанья холоден и тонок,
Горяча подушка после сна.

Это дни и вечера глухие
Гладят по спине и по плечам.
Мысли об отдавшихся стихиям
Женщину тревожат по ночам.




***
...Ведь кузнечик скачет,
А куда - не видит.
К. Прутков.

Это божия коровка,
Капля крови с молоком.
Вот по мне сползает робко -
Можно стукнуть кулаком.

Заблудилась, безмятежна,
Ни стара, ни молода.
Почему же так небрежно
Он пасет свои стада?

Будем живы ли, здоровы,
С чем застанет нас зима...
Все мы божии коровы,
Не свои жуём корма.




***
Линия жизни, тела, рассказа -
Ты замечаешь их, только не сразу.
Если откроется что-то случайно -
Это твое, ну, а прочее - тайна.



***
Босою ногой наступаю на косточку вишни.
Писали, что двадцать второго скончался мой дядя.
И плакали тетки, которые замуж не вышли.
И падали вишни с деревьев, на землю не глядя.

Лица я не помню, и нет фотографии. Вроде
Он не был на фронте, в войну ему было пятнадцать.
О чем бы теперь говорить с ним - да все о погоде.
Но в родственных чувствах не стоит уже разбираться.

Болеют, живут далеко, да и пишут нечасто
Замужние тетки и тетки, что замуж не вышли.
У них там несчастье своё и, наверное, счастье.
У нас тут с деревьев, зажмурившись, прыгают вишни.




***
Детства я не помню, хоть убей.
Вот что вспоминается и снится:
Кошек одинаковые лица,
Радужные шейки голубей.





***
На берег города печальный
Выносит с музыкой причальной
Чубаевку, район отважных
Цыган картонных и бумажных.

Как страшно мне дойти до моря,
(Я только проезжаю мимо.)
Оно, с действительностью споря,
В пыли присутствует незримо.




***
Вот я чемодан снимаю с полки
И дрожат ключи в моей руке.
Заржавели в доме все иголки,
Будто у цыганки в кулаке.
Вот уж мне дорога пятки лижет,
И на расстоянии ты ближе.

Где у вас лежат покой и воля?
Дайте мне, пожалуйста, покой.
Поле боя - это тоже поле,
Только что же на земле такой
Вырастет, когда мы неприкаянны,
Нервны, и несчастны, и отчаянны?



***
Вот так, быть задавленной «фордом»,
Трогательно, в очках, в одиночестве гордом,
С кошельком и йогуртом перебегая дорогу -
Нет, ради бога.

Принимая любимого, как наркотик вредный,
Жалея себя и его жалея - бедный, бедный,
В расстёгнутом виде стоя среди осеннего сада -
Так тоже не надо.

Раздеваясь, голое тело кладешь на страницы,
А в руке ощущаешь страуса вместо синицы,
Обижаешь себя и всех обижаешь,
И вот так уезжаешь.




У моря

Милые девочки здесь с прелестных волос уронили резинки.
Их теперь на морском берегу попирают наши ботинки.
Мы топчем ногами то, что не нужно прибою.
Ему не нужны мы с тобою.

Мы топчемся здесь, на рыбьих могилах,
Как птицы, как люди, как рыбы,
Не взлетая, потому что не в силах.
Не ныряя, хотя могли бы.




***
Ты много будешь знать и станешь старым.
Свершится этот факт довольно скоро.
За сплетнями, за чаем, за пожаром
Мы так и не закончим разговора.

Ведь наш язык так небогат словами,
Что лучше просто наблюдать движенье,
Возможно, думать, но не головами.
Здесь даже глаз потерпит пораженье -

Мне все равно, что ты красив; не это
Так больно и так ежедневно внове,
Не жалость, не отсутствие ответа,
Не знаю, что; возможно, группа крови.




***
Боль, как воздух, вдыхая,
Я хорошая и плохая,
Я только так теперь дома.
Как работник аэродрома -
На земле всегда, но к воздуху ближе,
Но такая, как все, не будучи рыжей.

Посмотри на меня умнее,
Посмотри на меня, скажи мне...
Я как мотоцикл, который умеет
Только по вертикальной стене.
(Если мне не застит фары обида,
Для тебя сверкаю зеркальцем заднего вида).




***
Видно, дело в том, что уже не больно,
Сердце не разбивается - вставили «змейку»,
Как на куртке болоньевой - и довольно,
Между прочим, удобно. Обошлось не в копейку.

Все хорошее дорого. Это несправедливо,
Но я знаю: все к лучшему под небесами,
Вроде прилива там, или отлива -
Только я не видала их своими глазами.




***
Давно зима, зима без выходного,
И половой партнер глядит сурово,
И девушка с газельими глазами
Не ладит со своими тормозами,
И женщина с любовником и мужем
Садится за какой по счету ужин,
И я иду одна, и ветер дует.
Всеобщая судьба меня минует.





***
Раньше этого не случалось.
В благодарности люди ближе,
А внутри отсутствует жалость.
Ненавижу тебя, ненавижу.
Сколько раз бывало и прежде,
Но теперь, теперь по-другому -
Ближе к телу, верней - к одежде,
А совсем уж вернее - к дому.




***
Больше не хочу играть в эту игру.
Жизнь идет подряд, а не по частям.
Я, как все, не знаю, когда умру,
А до этих пор каждый знает сам.

Хочется уехать в страну медуз,
Где что ты, что мир вокруг - все вода,
Где былая тяжесть - уже не груз,
Где не оставляешь ни на чем следа.





***
Я, которой никогда нету дома,
Напишу тебя на листе бумаги,
В ожидании на тот берег парома
Уронив на ботинки пару капель влаги.

Ты будешь со мной в нагрудном кармане,
На том берегу я буду держать тебя рядом,
Не такого, как есть, но из лучшей ткани,
Вместе с морем, ребенком и дедовым садом.




***
Бог как цыган с дудкой, с серьгой, с медведем,
Краем глаза смотрит, куда мы едем,
Дует в дудку, медведь танцует - мы тоже.
Если кто не хочет - тому по роже.

Бог не фраер, он видит всё, и ему виднее.
Твоя нежность ему зачем - он глядит над нею.
Твоя хрупкость ему к чему - он лишь зубом цыкнет,
Человек пойдет, глубоко вдохнет и умрет - не вскрикнет.




Алле

Мы прощаемся; твой шарфик красный
Я запомню старательно, как опорный сигнал.
Ты моя погода и бываешь разной -
Я сейчас бегу, будто кто-то прогнал.

И весь вечер мне грустно и плохо,
В моей чашке кофе отражается кто-то другой.
От меня улетаешь ты, моя эпоха -
Уши домиком, хвост дугой.

Я зажмурюсь в чужом подъезде.
Из-под лестницы музыка - им хорошо...
Ничего не случится, если...
Новая жизнь и смерть - год прошёл.




***
Никого не люблю; как пустая доска почета,
Не храню на поверхности образ ничей.
У меня внутри холодное что-то,
А снаружи следы от гамма - лучей.
Хоть поедешь в какой-нибудь город хлебный,
Где бы ты ни жил, ни скитался где б,
Все равно придет исполнитель судебный,
Все равно придет исполнитель судеб...




***
Все, что я пишу - вроде школьной записки.
Ты, читая, видишь не дальше бумаги.
Рядом наши дома и дороги близки,
Из варягов - в греки и назад - в варяги.

Всей истории максимум - тридцать лет.
Нам грозит Керзон, помогает Сорос...
Покрути головой - никого рядом нет;
Значит, это - тебе. Прочитай ещё раз.




***
Гляжу сквозь маленький кусок окна.
Я мысленно на улице. Я одна -
Где дождик в темноте прибивает пыль,
Где в темноте гудит автомобиль.

Я мысленно на улице. Я ничья -
Где свет проистекает на манер ручья
Из двери магазина, сквозь стекло.
Я помню времена, когда мне везло.

Теперь я тяжела, я твоя, я здесь -
Возьми меня за хвост и на гвоздь повесь.
Я буду век твоей, мы не будем врозь.
Запри скорее дверь, ключ в окошко брось.




***
Несу в себе старость, нелегок мой шаг.
Старуха купила мороженое и ест.
Возможно, со мной это будет не так -
Думаю я, входя в подъезд.

Поднимаясь по лестнице, думаю, что
Конечно, меня не так заедает быт.
Открываю дверь, снимаю пальто,
А во мне моя молодая старость спит.